Перевод отрывка из книги Брайанта К. Д. «Энциклопедия Смерти и опыт человека»: Bryant C. D., Encyclopedia of Death and the human experience, Los-Angeles, SAGE publications, 2009. 

Подобающей в рамках человеческого опыта смерть принято называть тогда, когда она происходит в соответствии с личными и общекультурными нормами. Имея дело с фактом собственной смертности и смертью других людей, мы сталкиваемся со сложнейшим комплексом множества критериев, по которым та или иная смерть может расцениваться как подобающая. Сюда относится и индивидуальный способ умирания каждой личности и факторы (возрастной, самоосуществления и моральный), которые одновременно отсылают к важным условиям подходящей смерти. Следовательно, полноценно подобающей можно назвать далеко не каждую смерть.

Идея

Сам термин «подобающая смерть» был введён клиницистами в 60-е годы. Их целью было улучшить уход за умирающими в то время, когда большинство людей отвергало смерть как явление, и разговоры даже о «хорошей» смерти противоречили общественным тенденциям. Термин «подобающая смерть» обладает более нейтральным значением, как смерть, принятая на финальной стадии умирания, как это описано в работах Элизабет Кюблер-Росс (Elisabeth Kübler-Ross). Несмотря на это, в специализированной литературе до сих пор существует путаница в том, как использовать этот термин, не смешивая его с понятиями смерти здоровой, мирной и естественной.

В первую очередь важно иметь в виду, что сама идея подобающей смерти приводит нас к пониманию того, что мы чувствуем, как мыслим и действуем в  ситуации смерти или тоски по ушедшему человеку. Многие ученые и работники специальных служб по уходу за умирающими открыто пользуются термином «подобающая смерть», часто в том смысле, какой этому понятию придал психиатр Эйвери Вайсман (Avery Weisman): «Это такая смерть, которую мы бы предпочли, будь у нас выбор». Можно выразиться и несколько иначе: это определённый социальный контекст, который делает смерть подобающей. Здесь важно иметь в виду, что понятие подобающей смерти не стоит распространять на всех людей: подходящая смерть для одного совершенно не является таковой для другого. Следовательно, необходимо определить, согласно чьей позиции смерть называется приемлемой или подобающей: самого умирающего, его семьи, лечащего врача, религиозного лидера или адвоката. Более того, важно понять, чья смерть называется подобающей: самого человека или других людей. И, в конечном счёте, имеется ли в виду «приемлемость» самого процесса умирания или необходимость тоски по ушедшему.

Умирание

В 1961 году два психиатра Эйвери Вайсман (Avery Weisman) и Томас Хакетт (Thomas Hackett) ввели четыре принципиальных условия того, что они назвали подобающим умиранием. Условия эти следующие: умирать нужно, уладив все конфликты; по возможности без физической, эмоциональной и, условно говоря, социальной боли; продолжая и сохраняя значимые взаимоотношения; и наконец, исполнив все насущные желания. Хотя Вайсман подчеркивает, что выполнить все эти условия практически невозможно, очень важно стремиться к по-настоящему человеческой, достойной смерти.

Социальная перспектива приемлемого умирания в разные эпохи различалась. Всего несколько поколений назад приемлемой считалась смерть, праведная с религиозной точки зрения. Она непременно ассоциировалась с торжественными обрядами и присутствием семьи и священника у постели умирающего. Эти представления всё ещё актуальны для тех, кто верит в загробную жизнь, и часто их можно видеть в кинематографе и иных произведениях искусства. Также часто с восемнадцатого века у постели умирающего находится врач, в чьи обязанности входит установление факта смерти. В то время, как в девятнадцатом веке смерть прежде всего ассоциировалась с нравственным судом, в двадцатом зло перестали соотносить с адом и грехом, а скорее с болезнью и физической болью. В задачу врача входит обеспечить умирающему подобающую смерть, по возможности избавив его от болей, а не спасение души. В конце концов, с развитием паллиативной помощи, ухода в хосписах и психологических бесед естественная смерть без длительного медицинского вмешательства рассматривается как наиболее приемлемая.

Хотя эвтаназия и суицид могут рассматриваться как приемлемые формы смерти лицами, желающими добровольно уйти из жизни, однако суицид в целом считается особенно травматичным и неприемлемым методом умирания. Приемлемость же эвтаназии до сих пор горячо обсуждается. Нет, например, общего согласия в том, что эвтаназия, в целом обусловленная нестерпимой физической болью, также может освободить человека от психологических проблем. Далее, приемлемость также ставится под вопрос в случае, если нет уверенности в полной автономности пациента, как в случае с детьми и людьми, страдающими слабоумием. Напротив, самоубийство в некоторых случаях считается приемлемым, если оно является самопожертвованием или рассматривается как героический поступок в военное время или когда некто совершает самоубийство в качестве протеста или ненасильственного сопротивления. Как бы там ни было, если смерть нежелательна и происходит насильственным путем, она, как правило, не считается приемлемой.

Возраст

Смерть в преклонном возрасте традиционно считается приемлемой и естественной. Молодые люди стараются приглушить страх смерти, часто утверждая, что старики ближе к смерти, чем они. В результате повышения жизненных стандартов (включая качество пищи, личную гигиену, медицинский уход и безопасность) жизненные ожидания существенно выросли. Поэтому современное поколение обоснованно считает реальным дожить, по меньшей мере, до 80 лет. Если жизнь продлена, то смерть, соответственно, отодвигается в далекое будущее, ассоциируясь только с крайне пожилым возрастом. Подобающая смерть в данном случае обязательно мыслится как соответствующая смене поколений. Как таковая, она рассматривается как естественный закон, гласящий, что родители не должны переживать своих детей.

В то время как смерть в молодом возрасте принимается гораздо труднее и воспринимается как неестественная, как нарушение хода событий, смерть в преклонном возрасте даже романтизируется путем естественных метафор. Выражения вроде «умереть осенью жизни» и образы опавших листьев в некрологах подтверждают дихотомичное размышление о смене жизни смертью, лета осенью, молодости старостью. Ещё одним следствием привязки старости к подходящему периоду смерти является то, что медицинский персонал в клиниках уделяет гораздо меньше внимания престарелым пациентам с неизлечимыми заболеваниями, вместо этого проявляя усиленную заботу о детях и подростках, чтобы не допустить их преждевременной смерти.

Самоосуществление

Важный принцип, направляющий ответственность на умирающего и скорбящих в современном западном обществе, это понятие самоосуществления. Если жизнь мыслится полноценно прожитой, то человек, как считается, достигает той стадии, на которой испытывает ощущение счастья. В целом, роль маркеров подобающей смерти выполняют здесь воспоминания, подготавливающие умирающего к уходу из жизни. С этой точки зрения, смерть человека, не успевшего стать родителем или обрести желанную славу, представляется для него неприемлемой.

Иногда говорят о том, что, если смерть рассматривается как безусловный конец существования без надежды на потустороннюю жизнь, на жизнь посюстороннюю возлагаются двойные надежды на полноту реализации. В данном случае речь идёт не просто о страхе смерти как таковой, а о страхе внезапной смерти.

Тем не менее, человеческие сообщества до сих пор не пришли к единому мнению о цели человеческой жизни. Жизненные ценности больше чем когда-либо строятся, исходя из потребностей личности, а не принадлежности её к таким сообществам, как семья и церковь. Следовательно, представления о полноценной жизни у разных людей будут совершенно разными. Далее, в процессе и особенно после счастливо прожитой жизни возникает справедливое желание продолжить её. Смерть после так называемой полноценной жизни осмысляется как вторжение в семью и круг друзей ушедшего, особенно, если умерший играл значительную социальную роль в жизни членов семьи.

Мораль

Понятие подобающей смерти может базироваться и на морали. Например, в европейском католическом контексте подобающая смерть следует за такими жизненными ценностями как благочестие, скромность и бескорыстие. Вплоть до 1950-х годов священники, составляя тексты некрологов, которые они распространяли в приходах, называли смерть детей и молодых людей подобающей, поскольку они, как считалось, следовали «праведному пути, направляемые светом Святого Духа и вдохновленные любовью к Богу и к ближним своим». Молодые люди считали, что христианский образ жизни раскроет перед ними после смерти врата Царствия Небесного. С такой точки зрения, смерть в юном возрасте вполне может считаться приемлемой, даже если у человека впереди был немалый жизненный путь.

В отдельных случаях смерть рассматривается как подходящее наказание за аморальный образ жизни. В некоторых штатах и странах на законных основаниях вводится смертная казнь как наказание за особо тяжкие категории преступлений. Тем не менее, как показали острые дебаты в Соединенных Штатах, моральная оценка приемлемости смерти вызывает у многих недовольство и сопротивление. То же касается эвтаназии и проблемы абортов, когда религиозной позиции противостоит индивидуальная точка зрения и мнение врачей. С другой стороны, идея независимости во многом лежит в основе понятия приемлемой смерти, когда человек берёт на себя ответственность за смерть неожиданную и нежелательную. Общество, боготворящее здоровье и фитнес-тренировки, не будет особенно возмущено смертью зависимого курильщика, умершего от рака лёгких.

Перевод: Дмитрий Даммер
для Ордена Хранителей Смерти
01.08.2016