cum tu affectavisti imperium super vita et morte, meminito quod tu es homo tantum.

орден хранителей смерти

Сильвия В. Еврейское национальное кладбище в Севастополе

Кладбище было основано в 1856 году после окончания Крымской войны. К этому времени Севастополь был почти полностью разрушен, и кладбище располагалось на небольшом свободном участке земли. В 1897 году еврейская община обратилась в городскую думу с просьбой расширить кладбище.

В 1887 году кладбище нанесено на генеральный план Севастополя. Наибольший вред и разрушение нанесли землетрясение 12 сентября 1927 года и ливень 1 сентября 1928 года. Несмотря на разрушения Севастополя в Великой Отечественной, кладбище продолжало свою работу до закрытия 1 марта 1965 года.

Еврейское кладбище расположено буквально через забор от Караимского в Кладбищенской балке на северо-западе Рудольфовой горы. Добраться до него можно, выйдя на остановке общественного транспорта «Улица Галины Петровой», обогнув АЗС и пройдя немного вверх по ул. Сеченова (официальный вход расположен там) или через Караимское кладбище (там есть брешь в стене).


Самое раннее сохранившееся захоронение датируется 1866 годом, самое позднее 1971, хотя некрополь закрыли еще в 1965. Всего на этом кладбище зафиксировано 1772 могилы, имеющих признаки надгробных сооружений, но, как можно судить, исходя из состояния кладбища, число это приблизительное.

«С порога» возникает ощущение, что кладбище не в восторге от присутствия посторонних. Их, хотя и не прогоняет, такое чувство, будто оно с ворчанием отвлекается от каких-то своих дел, чтобы уделить толику внимания гостю.

Сказать, что кладбищу досталось — не сказать ничего. Оно разрушено практически полностью, в нижней части буквально камня на камне не осталось.

Вообще, если вам эта местность незнакома, рекомендую приходить сюда в крепкой закрытой обуви — очень легко ноги сломать, многие камни или щели между ними скрыты травой.

В отличие от соседствующего с ним Караимского, данное кладбище тяжело переживает свое плачевное состояние. Оно не желает мириться и хочет «жить», поэтому уюта не наблюдается, а скорее идет ассоциация с борьбой раненого существа за жизнь — слабой, но отчаянной. Внутренним слухом ощущается тихий стон, ноги начинают неметь — многие потоки поражены, в остатках разрушенной системы циркулируют отчаяние и боль. Структура явно нуждается в помощи. Восстановить кладбище, к сожалению, теперь из области фантастики, однако помочь перестроиться было бы очень кстати.

К слову, будьте осторожны: по правую руку от «неофициального» входа — станция СМП, где публики хватает в любое время суток. Если не хотите, как я, развлекать народ своим блужданием по погосту, лучше глядеть в оба и не отсвечивать.

Мое внимание привлек западный угол кладбища. Неподалеку расположилась большая стая птиц, которых потревожило мое присутствие.

По пути туда был найден фрагмент кости. К сожалению, материал был непригодный к работе. т. к. в таком состоянии кость буквально рассыпается в руках. Однако «дары» с порога внушают оптимизм.

Осторожно! «Голодная» зона, не чурающаяся вампиризмом. Если для вас это не проблема, можно и пройтись — довольно занимательное место, лично мне чем-то напоминающее Смоленское Лютеранское кладбище. Если вам свойственна тафофилия, наверняка получите эстетическое удовольствие. Однако если у вас повышенная чувствительность, и подвергаться риску быть «объеденными» вам крайне нежелательно, настоятельно рекомендую избегать заходить сюда.

Данный уголок, очевидно, в свое время служил «зоной отдыха» всяких маргинальных личностей. Были найдены остатки костра, видневшиеся из травы шприцы, разбитые бутылки. К счастью, не в изобилии.

Еще один фрагмент кости. Дальше было встречено еще несколько, их здесь много.

А вот и первая относительно читаемая надгробная надпись

Когда выходишь из тени растущих в углу деревьев, пропадает давящее ощущение. Я обнаружила небольшую энергопотерю, но в пределах сознательно допустимого. В прочем, она быстро восполнилась благодаря способности к быстрому восстановлению. Зато открывается замечательный вид на истинно некрополь.

Единственное огороженное захоронение в нижней части.

Многие надгробные сооружения вскрыты.


Крымские горы — молодые, и полуостров практически ежедневно «трясет» на 2-3 балла. Преимущественно «достается» Южному Берегу, однако бывали случаи, когда особо сильные землетрясения доходили и до Севастополя. Одно из таких, как уже говорилось выше, нанесло большой урон кладбищу, разрушив надгробные сооружения в виде обелисков и колонн. Некогда красивое место теперь лежит в руинах…




Зато, поднявшись примерно на середину, можно полюбоваться открывающимся видом на море и Херсонес.

В верхней части, самой поздней, находятся захоронения более современные, огражденные заборчиками, какие были распространены в советское время, а также небольшие склепы типа «беседка», разрушенные и заросшие.



Среди огражденных могил были обнаружены надгробия предположительно мусульманского толка, однако надписи едва ли можно было прочесть.

Зато, поворачивая назад, вниз, я нашла несколько надгробных плит, в трещинах которых растет и хорошо себя чувствует седум Сталя — забавный суккулент «пупырышками», который в «дикой природе» мне еще не встречался.


Если вы собираете травы на кладбище, то определенно оцените небольшую полянку чуть выше склепов — замечательное разнотравье с прекрасным видом на бухту.


А вот и официальный вход нашелся (о нем знают даже не все местные)

В качестве гвоздя программы — часовня и каменные склепы. Спуститься к ним с полянки несколько затруднительно — обломки надгробий скрываются в траве, ходить нужно крайне осторожно.

Часовня, стилизованная под синагогу. Построена была в 1905 году. Вот, как описывала это  газета «Крымский вестник» 10 июня 1905 года:

«Вчера в 12 часов дня совершено было освящение еврейского кладбищенского дома. Зал отпевания имеет куполообразный потолок, обитый темно-серым сукном, на котором вышита картина, представляющая звездное небо. На одной стене залы находится мраморная доска с выгравированными фамилиями г. градоначальника и всех лиц хозяйственного правления и погребального братства, в бытность которых был построен и освящен этот дом… Было отслужено молебствие, а затем отслужены были панихиды по в Бозе почившим государям Александре II и Александре III… При пении хора была зажжена неугасаемая лампада, установленная в память доблестных воинов, павших в войне на Дальнем Востоке, и была отслужена панихида»

Здесь проходили отпевания, в нижнем ярусе располагался склеп. Место удивительно красивое даже сейчас.

Стены снаружи «изукрашены» местным народным творчеством, от незатейливых фразочек до крестов и звезд в столько лучей, сколько сумели изобразить.


Постройка оснащена вентиляцией и вообще грамотно продумана, несмотря на скромные размеры. Предположительно, в одной из внешних стен мог быть витраж (или просто окно), ныне выбитый, а отверстие замуровано. В нижнем ярусе (склепе) просматривается несколько полок для погребения, давно пустые. Изнутри стены часовни покрыты копотью, видимо, некогда здесь случился пожар. Потолок частично обрушен, заходить не рекомендуется, хотя изящные ступени так и манят.



И еще немного о красоте этого места:

Если представлять кладбище как организм, я бы сказала, что эта часовня — его легкие. Сердцем не назовешь, но тоже важная часть — и «воздушная». Одно из немногих мест на данном кладбище, где царит покой (несмотря на его состояние), и оно поддерживает относительную стабильность в системе, не давая ей окончательно «разойтись». От этого строения исходила такая благодать, что я сложила руки в молитвенном жесте, хотя иудаизм едва ли могу назвать близкой мне конфессией.

Склеп номер два. Просто склеп.

Здесь у входа была обнаружена памятная табличка.

Небольшое помещение, единственная целая полка. Внутри некогда было много мусора, теперь, на счастье, убрали. Хотя это все равно не скрыло факта расположения здесь стоянки маргиналов. Та же копоть, шприцы, мелкий бытовой сор.


Несмотря на то, что все помещение неплохо просматривалось с порога, меня настойчиво тянуло внутрь. Сканирование не выявило ни посторонних каналов, ни сущностей внутри. Просто там было нечто. Если решите повторить маневр и спуститься, аккуратнее на ступеньках — они внезапно обрываются, и можно угодить ногой во что угодно, от паутины до еще менее благоприятных для организма вещей. Зов привел в правый угол «комнатки» слева от входа. Огляделась, останков не было, однако ощущалось значительное уплотнение энергии. Не сразу вспомнила, где наблюдала похожее. «Пахло» Смертью. Не той, которая здесь должна быть, а «свежей». Здесь умер человек. Причем Смерть эта была бескровная — пролитую кровь я чую безошибочно. Погорелец? Алкоголик? Жертва передоза? Непонятно. Но эта Смерть явно не вписалась в общую канву места упокоения и внесла нотку хаоса в систему, что, видимо, и привлекло мое внимание. Примечательно, что, хотя останков в склепе обнаружено не было (расхищение на лицо), как структура это место, как и часовня, все еще активно.

В северо-восточную часть не пошла. Стоило повернуть туда, как сквозь кусты открылся панорамный вид на заседание местного клуба интеллектуальной элиты, и привлекать к себе ненужное внимание не хотелось. А потому я направилась к той же бреши в стене, через которую пришла.

В заключение добавлю, что уже имела честь работать на этом кладбище (дважды), результат одной операции положительный, другого еще жду. В целом, место активное, но очень специфическое ввиду своего состояния. Это нужно учитывать при взаимодействии, проявляя понимание и деликатность. Но, если удастся подстроиться, полагаю, любая работа будет эффективной, особых ограничений не заметила.

Сильвия В.
03. 06. 2020