Кладбище расположено в г. Сергиев-Посад Московской области на ул. Воробьевская
Добраться до Сергиева-Посада можно от м. ВДНХ на авт. 388 или электричкой от Ярославского вокзала (м. Комсомольская). Дорога занимает около 1,5 часов.

Щит, установленный при входе на кладбище:

Текст на щите:
«Никольское кладбище — самое старинное кладбище Сергиева Посада.
По историческим данным захоронения здесь начались около 400 лет назад, когда польско-литовские интервенты осаждали Троицкий монастырь. Об этом свидетельствует могильная плита, найденная в 1962 году, во время прокладки глубокой траншеи вдоль Климентьевской улицы. Надпись на плите гласит, что она положена в 1636 году на могилу Якова Петровича Дементьева, который принимал участие в обороне монастыря. По подсчётами историков, на Никольском кладбище было похоронено около полутора тысяч защитников монастыря и Посада тех лет.
История сохранила карты сражений и Великую осаду, которые свидетельствуют о том, что именно Клементьево приняло первый удар вражеского нашествия, было выжжено врагом, а жители со скрабом и семьями ушли за стены Лавры. В пойме Келарского пруда и на высотках вокруг Лавры разместились лагеря и укрепления. 16-месячная осада 1608-1610гг. была народным бедствием, город был выжже, разорён, людей выкосили голод, эпидемии. Дороги были покрыты трупами, которые вывозили возами для захоронений. Так, только за 1 день «в приходе Никольской церкви, села Клементьево было похоронено более 600 человек…»

В 1812 году — во время нашествия Наполеона, в Сергиевский Посад привозили раненых в военных действиях. Их лечили не только в госпиталях, но и по домам. Умерших хоронили на Никольском кладбище. О том, что погребённых здесь защитников Отечества было много видетельствует тот факт, что церковь во имя Сошествия Святого Духа построена стараниями горожан в год 20 летия окончания войны (1832 год) в память погибших воинов.

Во время Великой Отечественной войны в Загорске вновь, как и раньше располагались военные госпитали. Никольское в то время было единственным действующим кладбищем горда. Всех умерших воинов хоронили здесь, зачастую в братских могилах, в юго-восточной и юго-западной чпастях кладбища.

В 1958 году остатки 37 захоронений офицеров принесли в могилу на проспекте Красной Армии, где сейчас Вечный огонь. Братская могила солдат в южной части кладбища, захоронения тружеников тыла хранит Никольское.

С 1952 году решением Исполкома Загорского горсовета кладбище признано закрытым. Закрытым является и Ново-Девичье кладбище в Москве. Но закрывают кладбища, если исчерпан ресура захоронений, а вот поддерживать порядок, хранить память о предках, основавших и защитивших наш город, опязанность нас — потомков!»

Схема кладбища:

Условные обозначения:
1. Зона исторических захоронений IX-XI век
2. Зона захоронений воинов Великой осады (1608-1610)
3. Реставрируемая церковь Сошествия Святого Духа (1832)
4. Охранная зона церкви Сошествия Святого Духа
5. Санитарно-защитная зона кладбища
6. Стройплощадка жилого дома
7. Зона захоронений воинов ВОВ и тружеников тыла
8. Братская могила 1
9. Братская могила 2
10. Зона послевоенных захоронений
11. Зона национальных захоронений

Этот текст является не столько отчетом о посещении кладбища, сколько изложением мыслей, которые меня посетили на нем.
Говоря коротко – кладбище является довольно небольшим, очевидно значительная часть его территории была застроена жилыми домами в середине ХХ века. Несмотря на свой возраст, плотность надгробий не такая уж и большая — многие из них не пощадили ни люди, ни время.
Церковь Сошествия Святого Духа и прилегающая территория:


Тем не менее на кладбище имеется и церковь. На первый взгляд не совсем понятно – зачем ее решили отгородить от кладбищенской земли косым деревянным забором? При более внимательном изучении становится ясно – ее администрация посчитала использование прицерковных земель под собственные хозяйственные нужды более важным, нежели гармоничное ее нахождение на территории кладбища.

Что удивляет сразу – это полное отсутствие какой либо «буферной зоны» у кладбища. Даже в условиях, когда привязка «границы» к физическим объектам невозможна, это пространство все равно ощущается заранее. Здесь же ощущение контакта с кладбищем возникает только когда ты находишься уже на его земле. Издалека же оно куда больше похоже на парк. Впрочем, как парк оно и используется.
Место для шашлыков:

Несмотря на красивые и правильные слова, сказанные на информационном щите, в реальности за кладбищем никто не следит. Деревья, сваленные ураганом двухлетней давности, так и остались не убраны, за исключением тех, что были пущены под дрова или используются в качестве скамеек на пикниках – устраиваемых здесь же, неподалеку от братских могил Великой Отечественной. Мусор лежит поверх снега, и, судя по его количеству, — никто особо не заботится уборкой, остается только гадать, каково здесь будет весной. Бутылки, пакеты, шприцы – атрибут скорее глухого двора в неблагополучном районе.
Ну да ладно — замусорено, забыто, но само кладбище как живет?
Странные ощущения. Да, у него почти нет барьера. Да, «отклик» очень слабый, по крайней мере, относительно других земель. Но при попытке войти в более плотный контакт оно откликается довольно живо. Присутствуют и достаточно сильные места. Давность захоронений таит за собой множество дверей в слои, в которые я не то что не могу сейчас зайти — даже представить что там. Где-то там, в глубине, живет нечто очень старое, очень твердое, настолько, что сокрытой от любопытных глаз множеством реальностей, оно проступает , меняя свои очертание, на самой поверхности. Но сейчас оно ждет лишь того, когда это место будет убрано, когда прекратится эта вялотекущая агония — быть ненужным, забытым рудиментом. Даже древняя хоккейная коробка, находящаяся в центре кладбища годами не знала посетителей.


Во время моего посещения одна сила смогла пробудить их — дети. Лыжня продолблена во льду тысячами кругов, пройденных детворой на скорость. Бег, кстати, тоже в программе есть. Крайне несложно представить вернувшегося с фронта старшину, в длинной серой шинели, стоящую с секундомером на краю дорожки, подбадривающего, объясняющего во время короткого отдыха как правильно ставить ногу, скользить. Знающего, что он здесь ненадолго — до тех пор, пока они не уйдут с земли, в которой лежат его кости, зрелым людям ему сказать уже нечего…

Раствориться, исчезнуть — та участь, какую оно ждет. И вот некогда молодые и высокие горы превращаются в поросшие травой холмы, и врядли кто сможет добыть сокрытую под ногами руду.
Но.
Это с горами человек ничего не может сделать, как бы долго не бродило в Альпах эхо Цугшпитце.
Мне, практику, не раз доводилось изменять мир. По крайней мере — ту его часть, что находится в моей власти. Полагаю — и вам знакомо это чувство, когда сильная воля, чистый дух и сосредоточенный разум отточенными движениями приводят незыблемость окружающего мира в соответствие тому идеалу, с которым вы были рождены. Что есть Магия, если не умение и долг превращать серый шум унылого мира в цветущую алым розу?










К тем кто встал на путь Некромантии, к тем, кому он не безразличен — взываю. Храните погосты, близкие и дальние, потому что лежит в них много большее, чем видно глазу. На заботу в ответ получите благодарность, на трепетность — наставление. Тот же, кто соберет людей и изменит реальность на землях Ушедших исходя из уважения к ним — получит уважение самой жизни.

Psator
Февраль, 2013 год

Смотри также «Заброшенное Никольское кладбище» 08.04.2014г.