Общая выкладка

Хакасско-Минусинская котловина в силу своего географического расположения с древних времен являлась своеобразным перекрестком разных культур. С Востока и Запада сюда приходили древние народы, они смешивали свои традиции, привносили что-то новое, потом уходили, а на смену им опять приходили иные племена со своим бытом и укладом. На данный момент небольшая территория Хакасия впечатляет обилием археологических памятников, которые оставили после себя проживавшие здесь народности, музей под открытым небом.

Люди, населявшие эту местность, имели обычай хоронить своих умерших соплеменников в курганах, и сейчас антропогенные возвышенности неотделимы от природного ландшафта. Территория Хакасии представляет собой один почти сплошной могильник, так как сначала курганы возводили для каждого умершего, но потом оказалось, что они занимают слишком много места и урезают пастбища для скота, поэтому далее в одном кургане стали помещать по несколько почивших. В одном очерке все уместить не возможно, плюс следует делать поправку на то, что историческое восстановление жизни и обрядов захоронений может иметь значительные отклонения от правды, что еще усложняется тем, что каждый народ и даже отдельное поселение привносили что-то свое.

Среди огромного множества захоронений начать, наверное, следует с относительно недавнего времени, обряда захоронения шаманов.

1. Погребение шаманов на территории Хакасии.

До вмешательства советской власти шаманов хоронили воздушным способом на вершинах высоких гор отдельно от обычных людей. Здесь же надо заметить, что коренное население Хакасии до недавних пор умерших младенцев приносило в горы и оставляло их там в каком-нибудь углублении, возможно, единично так делают и сейчас.  На месте захоронения шаманов (камов) устанавливали деревянный помост (сартах) на четырех опорах, на него укладывали деревянный саркофаг (чаян) с шаманом внутри. Иногда вместо помоста использовали четыре столба с перекладинами, на них накидывали жерди и сверху хворост. Шамана в шаманском облачении или простой одежде, завернутого в бересту или зашитого в войлок, укладывали на хворост. Бубен и жезл «хоронили» отдельно. Обычно рядом с местом погребения костюм, бубен и жезл вешали на дерево (чаще всего лиственницу). Кожу бубна перед выносом тела разбивали орбой (жезлом), так освобождались духи, заключенные в бубне. На сороковой день разрезали костюм шамана и тоже отвозили на место захоронения. Костюм, бубен и жезл обязательно привязывали к дереву, чтобы они не вернулись домой и не привели душу хозяина. Характерно, что человека убитого молнией, хоронили таким же воздушным способом, считалось, что его потомки приобретают шаманские задатки.

Иногда крупных шаманов хоронили в курганах в виде впускного погребения. Места погребения шаманов чтили с благоговением и страхом, часто они становились местами поклонения. Деревья, выросшие на местах захоронения, говорили о процветании рода, засохшие предполагали прекращение рода.

На общих кладбищах шаманов не хоронили, так как считали, что они могут забрать жизненную силу живых, которую уже будет не вернуть. Однако с середины 19 века шаманов стали хоронить на общих кладбищах в стороне от других могил за 50-100м под звуки бубна.

Предполагалось, что души умерших шаманов обитают отдельно от царства мертвых простых людей. После смерти шамана, вышедшие духи-теси, устраивают ненастье, ураган, сильный холодный ветер.

2. Захоронения каменного, бронзового и железного веков.

а) В эпоху энеолита (конец III-начало II тыс. до н.э.) в южно-сибирский регион пришли носители афанасьевской культуры, народ европейской расы, скотоводы, которые и привнесли курганный обряд захоронения на территорию Хакасии. (До этого проживали представители палеолита, неолита). Могильники строили недалеко от рек. Размеры сильно варьируются. Обычно они состоят из нескольких курганов, иногда могут содержать в себе до 20 курганов. Зимой не хоронили. Курган представлял собой просторную прямоугольную яму, глубиной до 1,5 м. Иногда в одном кургане устраивали две-три могилы. Пространство вокруг могил обязательно окружали каменной оградкой. Оградки были двух видов: сложенные из обломков камней круглой формы и вертикально врытых в землю плит песчаника.

б) На середину II тыс. до н.э. приходится появление окуневской культуры (скотоводство, земледелие, охота, рыболовство, ковка из меди и бронзы). Именно окуневцы оставили после себя многочисленные каменные стелы с загадочными изображениями. Могильники этой культуры обычно строили рядом с афанасьевскими и составляли от 2 до 10 курганов. Эта культура привнесла традицию на всю Минусинскую котловину хоронить в каменных ящиках. Курганы состоят из прямоугольной оградки, вкопанных вертикально плит песчаника. Размер от 7х7 до 40х40 метров.

Далее, опять же в бронзовый век, пришла андроновская культура, носителями которой были люди европеоидного типа. В конце II тыс. до н.э. появилась карасукская культура, евразийцы с примесью монголоидной крови, которые отливали медные и бронзовые украшения и оружие. В железный век сюда пришли тагарцы, отличавшиеся искусством «звериного» стиля.

Получается к концу II тыс. до н.э. в Хакасско-Минусинской котловине стало многолюдно и это должно было как-то отразиться на погребальном культе.

в) И действительно, антропологов ставит в тупик вторичное использование каменных изваяний. Так окуневские стелы с личинами не только использовались пришлыми андроновцами для строительных целей собственных могил, но и сами окуневцы так же явно пренебрежительно относились к своим же каменным изваяниям. Можно понять, когда одна культура не видит ценности другой. Однако, сами окуневцы разбивали свои же стелы и их остатки находили в разных погребениях окуневских могильников. Если обратиться к истории, то среди сибирских народов и представителей Крайнего Севера есть многочисленные примеры кратковременного использования символических идолов, рисунков и пр. Так ненцы после окончания обрядов были мало почтительны к своим богам и могли использовать их личины в виде палки, бросать куда попало. Телеуты и пр. бросали в огонь божков, если их становилось слишком много. Ненцы колотили онгоны и плевали на них, в случае неудачи. Возможно, представители древних культур, проживавшие на территории современной Хакасии, считали, что при стирании, разбивании стелы теряют душу, а после временного ритуала не несут в себе ценности и являются обычными камнями, которые можно использовать по любому назначению.

В карасукской и, особенно, тагарской культуре, культ предков достиг своего пика. Захоронения стали более монументальными, величественными и напоминали пирамиды Египта. Отличием их, стало использование массивных каменных плит, вертикально стоящих и используемых для ограждения холмов. Каменоломни обычно находились за много километров от могильника. Сюда относятся Большой Салбыкский курган, курган Барсучий Лог. Большой Салбыкский курган возведен для тагарского вождя, основание кургана напоминает просторное жилое здание 70х70м, он возвышался над степью подобием четырехэтажного дома, основу составляли огромные каменные плиты, обломки скалы, вес камней колебался от 30 до 50 тонн. Каменоломни находились в 70 км от кургана. У угловых камней были принесены человеческие жертвы: трое взрослых (один был связан) и ребенок. Деревянный склеп в виде усеченной пирамиды внутри и снаружи был покрыт и прошит белой берестой. Рядом со старцем-воином нашли скелеты шести других людей: членов семьи и рабов. Самые большие вертикальные стелы, вход, были ориентированы на восход солнца в дни равноденствий, восход и заход луны.

Тагарцы использовали крупные стелы, взятые из святилищ предыдущих эпох. Их врывали по углам курганов вверх ногами, разбивали на части, также использовали в качестве стенок каменных ящиков. Легкодоступные карасукские погребения подверглись ограблению со стороны тагарцев, найденные бронзовые украшения переплавлялись в вещи потребные их культуре, переплавить было проще, чем добыть в горах самим. Тагарцы чтили Своих предков и оставляли в степи огромные, производящие сильное впечатление памятники-курганы. Опасаясь осквернения и разграбления своих мертвых, тагарцы глубокие ямы закрывали мощными деревянными накатами, а также огромными каменными монолитами. Однако, далее в связи с сокращением пастбищ, а возможно и враждой между собой за территорию, имели место быть случаи разграбления своих же захоронений и сокращения числа могильников, коллективные захоронения.

г) Железный век был представлен двумя культурами: тесинцами и кыргызами. Тесинцы несли в себе отпечаток прежних местных племен и гуннов. Благодаря гуннским завоеваниям сюда пришла технология обработки железа и новый погребальный обряд, связанный с мумифицированием тел, а также золотые украшения. Тесинцы использовали впускные погребения, то есть размещали своих умерших в древних курганах. Останки из древних погребений выкидывали и захоранивали своих. Присутствовал факт пренебрежения к чужим могильникам. Тесинцы разграбили большинство курганов. Своих покойников хоронили в «неудобных» позах. Зафиксирован случай, когда в тагарском кургане, выкинув остатки умершего, тесинцы разместили свое жилье-полуземлянку. Также в раннетагарском захоронении в маленьком детском каменном ящике было обнаружено погребение взрослого мужчины. Голова была посажена на плиту стенки ящика, сам покойный лежал на животе с сильно подогнутыми ногами и вывернутыми ступнями, в ногах лежал керамический сосуд видимо с жертвенной пищей. На 10-15 см глубже находились остатки подростка 14-15 лет.

VI-X в.в. представлены кыргыской эпохой, которая оставила после себя курганы-чаатасы с высокими, узкими камнями, вкопанными вокруг могил. Кыргызы- предки современных хакасов.

3. Последствия прихода русского населения в Минусинскую котловину

В XVII в. здесь объявились первые отряды русских казаков, а в XVIII в. произошло присоединение территории к России, так как местное население страдало от набегов джунгаров и монголов и попросило защиты у русского царя. Местные жители сохраняли культ почитания и уважения к местным историческим захоронениям и отрицательно относились к возможности раскапывать курганы. Однако, пришедшие русские, несущие свою правильную христианскую веру, не имели никакого уважения к древним могильникам. Наряду с возникшим научным археологическим интересом, процветало бугрование -варварское разграбление «чудских» могил, таящих в себе сказочные сокровища. Указы Петра I: «..гробокопателей, что сыскивают золотые стремена и чашки, смертью казнить, если пойманы будут«, действия не имели, так как администрация сама забирала себе часть найденного, при этом ломая и разбивая ценные древности, чтобы каждому досталась его доля. Коренное население кормило изваяния, почитало, и почему-то никто не хотел обогатиться, путем выгребания сокровищ из курганов. Русские крестьяне распахивали курганы, выкидывали и уничтожали ненужные плиты и вещи оттуда.

В Советскую эпоху бытовал миф о никчемности древних памятников, распахивались поля, уничтожая курганы, хотя, как потом оказалось, распашка степей была произведена на земле не пригодной для выращивания зерна, свелись на «нет» пастбищные угодья, появились пылевые бури, сносящие тонкий плодородный слой почвы. При строительстве городов и поселений, натыкаясь на древнее захоронение, часто археологов не звали, так как задержится строительство, а исторической и культурной ценности могильники для строителей в СССР не имели. Сибирь рассматривалась всегда, как место для нещадной эксплуатации природных богатств. При создании Саянского территориально-промышленного комплекса (ТПК) абсолютно не учитывался фактор плотной насыщенности территории культурно-историческими памятниками. В 1967-1970гг Красноярское водохранилище затопило тысячи курганов, писаниц и исторических памятников, деревни. Волны разрушили те могильники, что оставались по берегам, подтачивая и кроша каменные плиты. Характерен и случай в 1903 г: хакаска из случайно обнаруженного захоронения взяла себе с мертвеца меховую куртку и кожаную сумку. Куртку выкинула, а сумку пыталась перекроить под себя…

4. Загадка Таштыкских масок (конец железного века)

Бытовали рассказы бугровщиков о чуди, о целых семьях и поселках, похоронивших себя заживо, покойниках с «живыми» лицам и пустых фарфоровых человеческих головах в натуральную величину. Археологи нашли в захоронениях посмертные гипсовые маски, которые якобы являются не только изящным предметом искусства, но и передают портретное сходство с почившим.

Путем проб и ошибок выяснили похоронный обряд:

1. Умершего оставляли в каменном ящике под камнями, пока он не превратится в скелет (от 1 до 5 лет) с целыми связками, сухожилиями и спинным мозгом. Далее покойника «оживляли». Скрепляли позвоночник с черепом, трепанировали (7-10см), заполняли мозговую полость смесью трав, реконструировали лицо глиняным тестом. Изнутри глиной заполняли носовую полость и рот, для скрепления челюсти, снаружи затыкали дырку в черепе и глазницы вдавливали, моделировали тонким слоем глины лицо. Под ребра скелета набивали заранее заготовленную траву, ею обвязывали руки и ноги, обтягивали прутьями и веревками, затем обшивали травяное чучело заранее заготовленными кусками кожи. Кожаное лицо мумии раскрашивали, не обшитыми оставались глаза и рот с зубами. В глаза иногда вставляли бусины, имитирующие зрачок. Готовую мумию привозили домой, обряжали в одежду, кормили. Когда приходил срок признания смерти, открытые глаза и рот мумии закрывали кусочком ткани и замазывали порцией глины. Далее вылепляли гипсовое лицо с закрытыми глазами и сомкнутыми челюстями, как у покойника, раскрашивали. Затем мумии в масках помещали в святилище, где они и ожидали коллективных похорон. Ожидание могло быть долгим и маски реставрировали, мумии также могли истлеть.

2. По мере накопления 40-60 и свыше 100 мумий происходило вторичное захоронение. Для мумий изготовляли игрушечные предметы, крохотные зеркала, кинжалы из бронзы и пр.. Заранее заготавливались бревна, береста. Выкапывали яму 2-3м глубиной, 30-36 кв.м., строили сруб с полатями, в несколько ярусов, если мумий было много, все покрывали берестой, драпировали войлоком или грубой материей, украшенной глиняными бляхами. Приносили жертвы, человеческие в том числе. Вносили мумии, пол закрывали горючим материалом, хворостом и пр., ставили блюда с едой. Накаты бревен сверху, через отверстие бросали горящий факел. Вход замуровывали каменными плитами. Жертвоприношения находятся под оградками и на земле, клали расчлененные трупы и их головы. Возможно, это обеспечивало защиту, охрану. Позднее в срубы стали класть копыто, каждого заколотого животного.

Также на территории встречаются и не коллективные захоронения, а вырытые до ста небольшие ямки с деревянными срубами для 1, 2,3 человек. Хоронили там как мумии с масками, так и чучела с масками и без.

Оказалось, что еще существуют и травяные чучела. Прах и кости кремированного собирали в мешочек, шили кожаное человекоподобное чучело, набитое травой и клали в него мешочек с костями. На голову одевали скальп с волосами, снятый до кремации, лицо обшивали тканью, вырезали глаза и рот, разрисовывали, одевали в одежду. В сруб клали отварное мясо, бульон, кашу, напитки. В ногах могли положить умертвленного раба без маски. Чей прах находился в чучелах, археологи сказать не могут.

Также встречаются бюстовые маски и маски, которые могут стоять, головы-урны. В них в туеске находятся кости и прах, туесок обтянут травой и обшит кожей, обозначены глаза и пришит нос и наложена гипсовая маска.

Возникает вопрос проблематики масок: для чего они накладывались покойному. Реконструкция по черепу выявила, что портретным сходством маски не обладают, мало того, некоторые имеют азиатский тип лица, в то время как захороненный принадлежит к европейскому типу. Как оказалось, судя по отпечаткам на обратной стороне гипсовых масок, лепили их на лице кукол. На данный момент мы имеем прекрасные маски художественно-тонко передающие черты лиц разных типов людей. Возможно, маски закрепляли статус перехода человека в мертвое состояние. Вопрос остается открытым.
Таким образом, мы видим, что виды захоронений на территории современной Хакасии крайне разнообразны, требуют осмысления, изучения и бережного сохранения для потомков. На территории Хакасии также помимо обычных современных кладбищ, существуют еще и родовые кладбища. Небольшие участки с современными могилками, которые не всегда содержаться в должном порядке: сломанные кресты, венки, мусор видно давно валяются за оградой и никто из близлежайших жилых селений видимо не имеет желания навести там порядок.

При работе над очерком использованы работы Бутанаева В.Я., Бурова В.Ф., Вадецкой Э.Б. и др..

О.М. Lock
2013г
.