cum tu affectavisti imperium super vita et morte, meminito quod tu es homo tantum.

орден хранителей смерти

Лебедев М. А, Кузнецова Ж. В. Взаимоотношения живых и мёртвых в различных культурах

Хотим мы того или нет, но невозможно искусственно отделить смерть от культуры, ибо культура — это в первую очередь видение и понимание жизни, «мировоззрение», и потому, по необходимости, и понимание смерти. Можно сказать, что именно в отношении к смерти раскрывается и определяется понимание жизни в конкретной культуре — её понимание смысла и цели жизни… наша культура не видит в смерти вообще никакого смысла. Или скажем по-другому: смысл смерти в современной культуре в том, что она не имеет смысла.

«Литургия смерти и современная культура», А. Шмеман [п. 7*]

Аннотация: В данной работе рассмотрены традиции и представления различных народов и религий, связанные с вопросом смерти и посмертного существования, отношение к смерти, способы взаимодействия с миром мёртвых.

Ключевые слова: Смерть, умирание, ментальность, время, символизм, теология, мифология, эсхатология, психология.

Проблема смерти, так же как и проблема жизни, является одной из ключевых философских проблем человечества. Взгляды на эту проблему каждого отдельного человека во многом зависят не только от личного опыта, но и от особенностей ментальности и религиозных верований народа, представителем которого он является. Учёт таких ментальных различий, присущих каждому народу, необходим для работы как с умирающими, так и с их близкими[1].

Понимание особенностей отношения к смерти людей, принадлежащих к разным общностям, поможет нам быть терпимее, сострадательнее, легче находить общий язык с представителями различных религий и культур в различных мировоззренческих вопросах.

Особое внимание при рассмотрении проблемы смерти, умирания и посмертного существования должно уделяться ментальности каждого этноса и суперэтноса. Проблемам этнической ментальности и её особенностям у различных народов посвящено множество научных трудов[п.п. 1, 6].

В научный оборот термин «ментальности» был введён французским этнологом и социоантропологом Л. Леви-Брюлем (1857-1939), изучавшим дологическое мышление и «коллективные представления» (или «ментальности») так называемых «примитивных народов». Характерной чертой ментальностей Л. Леви-Брюль считал необъяснимость с помощью обычной логики и здравого смысла, «мистичность» (подчёркиваемую также «отцом социологии» Э. Дюркгеймом), сопричастность всех ко всеобщим верованиям или заблуждениям [п. 1].

В настоящее время ментальность понимается как глубинный уровень коллективного и индивидуального сознания, включающий и бессознательное; относительно устойчивая совокупность установок и предрасположенностей индивида или социальной группы воспринимать мир определённым образом. Ментальность формируется в зависимости от традиций культуры, социальных структур и всей среды жизнедеятельности человека и сама в свою очередь их формирует, выступая как порождающее начало, как трудноопределимый исток культурно-исторической динамики [п. 1].

Когда речь идёт о ментальности народа или нации, на первый план выходят мировоззренческие вопросы. Мировоззрение включает множество компонентов, в том числе отношение к смерти и умиранию, а также представления о посмертном существовании или его отсутствии. При этом необходимо различать ментальные представления в традиционной и современной культуре. Оба этих вида культуры имеют свои проявления и особенности. Некоторые общественные деятели, однако, призывают людей сейчас уделять вопросам смерти и умирания больше внимания[2].

На основе анализа нескольких источников [п.п. 2, 3] нами была выведена сравнительная таблица.

Табл. 1 Смерть в традиционной и современной культуре

  Традиционное общество Современное общество
(западное)
Значение смерти Смерть признаётся значимым событием и переходом от одного состояния бытия к другому. При этом отношение к смерти может быть как отрицательным (христианство), так и положительным (обряды жителей Бали). Смерть обычно рассматривается как трагедия, отсутствует уверенность в наличии перехода.
Тема смерти Развита. Табуирована.
Представления о посмертном существовании Развиты хорошо, включают представления о психопомпах, божествах и духах, культ предков, правила правильного погребения, упокоения, задабривания, поклонения, представления о мирах посмертного существования. Посмертное существование не рассматривается, отрицается, представляется в упрощённом виде; культ предков слабо выражен.
Взаимодействие между живыми и мёртвыми Развит культ предков, взаимодействие считается двусторонним. Культ предков слабо выражен, взаимодействие одностороннее («второй стороны» нет).
Искусство умирания Представлено рядом духовных практик. Как и искусство сновидения, неизвестно; «аналог» обеспечивается хосписами (акцент не на «правильность с точки зрения Традиции» и процесса развоплощения, а на комфорт пациента).

Представления о смерти и посмертном существовании, а также погребальные и поминальные обычаи в различных традиционных системах верований могут быть условно разделены на несколько групп. Основой концепции посмертного существования в них являются представления о времени (в контексте существования души отдельно взятого человека или другого живого существа) — линейное (авраамические традиции, где смерть является окончательной, последующее состояние не ведёт к перевоплощениям), цикличное (анимизм, индуизм, буддизм, джайнизм, где душа может многократно перевоплощаться в различных формах).

Можно также отдельно выделить анимистические (этнические или «языческие») верования, в которых связь живых и мёртвых особенно сильная. Примечательно, что в подобных верованиях прослеживается связь Богов плодородия с Богами смерти, а также иногда смешение функций, ибо «табуированные» темы смерти и секса всегда были самыми любимыми в народных верованиях, что нашло отражение, например, в «нерафинированных» народных сказках[3].

Сравнительный анализ различных верований приведён в таблице 2.

Табл. 2 Сравнительный анализ различных верований

  Авраамические Сансарические
(на примере буддизма)
Анимистические
Время Линейное Цикличное Цикличное либо цикличное с элементами линейного времени
Способ погребения Различные; рекомендовано захоронение на кладбище Различные; рекомендована кремация Различные
Связь живых с мёртвыми Присутствует Слабая, в основном со стороны живых Очень сильная
Обращения к мёртвым В особых случаях, обращения к святым Не практикуется в прямой форме (если не брать в расчёт религию Бон, т.к. в ней сильно влияние шаманизма); обращения символичны Осуществляются
«Функции» мёртвых Святые-покровители, в т.н. «народном христианстве» заменяют языческих Богов Святые — символ для медитативного сосредоточения Обладают большой силой, по сути как местные духи или даже божества

Смерть в традиционных верованиях Востока

Традиционные восточные верования, такие как индуизм и буддизм, рассматривают бытие человека как круговорот рождений и смертей (сансара).

Сансара — совокупность миров, в каждом из которых происходят страдания. При этом на базе данной идеи в Индии была создана система варн (каст), где, прежде чем переродиться в благородной варне, следовало прожить инкарнацию (жизнь) в касте простых работников.

При этом представление о «вращении в колесе сансары» в буддизме и индуизме различаются: если в индуизме существует понятие атмана (что можно примерно перевести как «изначальный Дух»), то в буддизме душу заменяет совокупность скандх (тонкие образования, элементы, проекции, омрачения сознания и «семена пробуждения» — татхагата-гарбха), а атман отрицается. Поэтому в данном варианте теории реинкарнации реинкарнируется не «душа» и не личность, а некая совокупность опыта.

Тибетские учения говорят, что существование любого существа составляют периоды, называемые бардо. Одним из них является бардо посмертного существования.

По мнению тибетцев, в этом состоянии сознание сталкивается с яркими зрелищами — милостивыми и грозными йидамами (божествами), которые являются проекциями ума. Ритуальная практика бардо включает в себя пхову (особый ритуал, приводящий в том числе к физиологическим изменениям в организме; некоторые тибетские монахи при жизни «репетируют пхову»), а также чтение Бардо Тодол над телом умершего.

Не рекомендуется трогать тело или перемещать его в течение трёх дней; если же в этом есть необходимость, сначала нужно прикасаться к голове, и лишь потом — к остальным частям (тибетцы верят, что в теле человека находятся чакры — энергетические центры; эта концепция пришла из Индии; прикосновение к областям физического тела, соотносящимся с низшими чакрами, может привести к утягиванию сознания умершего в нижние миры). Кроме того, не рекомендуются сильные эмоции, т.к. в бардо посмертного существования сознание умершего может зацепиться за них и из-за привязанности к родным «застрять» на промежуточном уровне существования, что является нарушением процесса инкарнации [4]. К данной системе обращалось множество психологов, включая Карла Юнга (написавшего комментарий к тибетской книге Бардо Тодол) и Станислава Грофа.

Данные взгляды определяют отношение к смерти и умиранию в культуре Тибета, где к самому факту смерти относятся спокойно. Мёртвое тело, после проведения положенных ритуалов, — пустая оболочка, как старая одежда, от которой можно избавиться без сожаления. Тела взрослых покойников не захораниваются, а выбрасываются («небесные похороны»). После того, как крупные стервятники расправятся с плотью, кости собирают, разбивают молотком в труху, смешивают с цампой (жареной ячменной мукой — основным блюдом тибетской кухни) и отдают птицам поменьше. Это является основой отношения к смерти у тибетцев.

Есть и другой способ применения человеческих костей — создание из них ритуальных инструментов, которые помогают в отсечении привязанностей.

Захоронение на дереве — лишь для чистых душ, не успевших заработать карму в этой жизни. Кроме детей к таким душам относятся и монахи, их останки тоже иногда подвешивают в мешках в лесу Жуолон [5].

Таким образом, тибетские верования включают большую теоретическую базу по вопросу смерти и посмертного существования, с одной стороны, а с другой стороны — содержат различные практики и ритуалы, направленные на максимальное снижение страха смерти при прохождении данного этапа существования. Эти практики и ритуалы также снижают и тяжесть психологической травмы для родственников умирающего.

Смерть в авраамических религиях (иудаизм, христианство, ислам)

Авраамические религии основаны на концепции линейного времени. Христианство и ислам берут своё начало в иудаизме.

В иудаизме отсутствуют столь же сложные представления о посмертном существовании, как в христианстве и исламе. Разделение на праведных и грешных отсутствует, т.к. во всех есть элемент греха — самый почитаемый лидер евреев, Моше (Моисей) был наказан за свои грехи. Иудаизм ориентирует внимание человека не на загробную жизнь, а на жизнь в настоящем и на ту жизнь, что начнётся с приходом Мошиаха.

Именно иудаизм заложил основы теологии и эсхатологии (учение о конце времён), на которых позже была построена теология и эсхатология христианства и ислама.

В христианстве смерть рассматривается как враг («Έσχατος εχθρός καταργειται θάνατος» — как последний враг будет повержена смерть (1 Кор. 15:26)), как хула на Бога, признак грешности человека и мира. Душа умершего отправляется в загробный мир, где, пройдя мытарства, попадает, в зависимости от своих деяний, в рай, ад либо в чистилище (в католицизме).

Гроб для христианства является не изначальным изобретением и начал активно использоваться только в позднем Средневековье. Символизм гроба связан с лодкой, плывущей по реке загробного мира, которая является архетипическим символом. Захоронение тела тоже несло в себе особый смысл. Догмат о воскресении говорил, что в день Страшного Суда Саваоф воскресит тела умерших (позже эта идея была преображена в идею особой кости — части скелета человека, не подверженной разложению и находящейся в районе ключицы); в настоящее время эта идея понимается не буквально, а символически. Этими взглядами обусловлены особенности захоронения в христианстве, направленные на сохранение тела.

В Средние века в центре города живых находился город мёртвых (некрополис). Там разрешались не только траурные церемонии, но и весёлые гуляния.

Сохранились католические церкви и костницыоссуарии, где части человеческих скелетов использованы в качестве декора — церковь Святого Варфоломея, «Костница Мельника» (Чехия), Ория (Италия). Данные захоронения были призваны напоминать живым о бренности всего сущего и о необходимости заботиться прежде всего о спасении своей нетленной души.

В изначальном русском православии процесс умирания и похорон наделяется особой сакральностью. С этим связан обычай хоронить мёртвых с закрытым лицом [п. 7].

В православии не признается чистилище (место, куда попадают души, которым не уготован ад, но нуждающиеся в очищении от грехов), однако считается, что молитвы за умерших могут помочь им попасть в рай. Сила молитвы не является определяющим фактором в судьбе человека, но может облегчить его судьбу. В качестве примера уважительного отношения к умершим в православии мы можем привести почитание мощей святых, находящихся в Киево-Печерской лавре.

Ежегодно в Петров пост в подземных помещениях Киево-Печерской лавры проводят генеральную уборку. Белят стены и своды пещер, очищают от воска полы, масляной краской красят подиумы, на которых установлены священные гробницы, но самое главное, монахи переодевают мощи святых, которых в Лавре — 123. В течение всего дня дьякон читает молитвы над мощами. После вечернего богослужения братия вновь собирается и облачает святых угодников. Преподобные — в зелёном, священномученики — в красном. Вынос переоблачённых святых мощей из домика в пещеры — торжественная и трогательная процедура. Впереди дьякон со свечой, а за ним монахи с раззолоченными свёртками в руках. Несут они мощи действительно трепетно и радостно — точно так мирские выносят из роддома новорождённых младенцев. Красиво и торжественно возвращают мощи на свои места [п. 7].

Христианство смогло развить и значительно расширить идеи о смерти и посмертном существовании, взятые из иудаизма. В нём уделяется большое внимание поминовению умерших, а также мощам святых, которые сохраняются веками и являются важной составляющей христианской ритуалистики, направленной на принятие смерти как самим умирающим, так и его близкими.

В исламе считается, что смерть приходит по воле Аллаха, но души умерших встречает Его посланник — Азраил (Азраэль). Считается, что праведные умирают легко и спокойно, а грешники — в страшных муках.

В исламской теологии аналогом католического чистилища считается Араф (пространство между адом и раем).

Добрые деяния обитателей арафа оказались равными греховным, и поэтому они останутся в нём, ожидая милости Аллаха. Они будут приветствовать обитателей рая, мечтая разделить их участь, и будут видеть ужасы адских мучений, моля Аллаха о пощаде. В конце концов, Аллах пощадит их и введёт их в рай.

Существует также понятие «азаф-ал-кабр». Это особое наказание, которое является преддверием рая или ада. Как только тело попадает в могилу, умершего допрашивают ангелы Мункар и Накир, которые определяют необходимость «азаф-ал-кабр».

После смерти душа попадает в место ожидания «барзах» (преграда), где и пребывает до Судного дня, причём души мусульман попадают на небеса, а души неверных — в колодец Барахут в Хадрамауте. В этом состоянии тела умерших всё ещё обладают способностью чувствовать, хотя и находятся в могилах. И, наконец, в день, когда вся Вселенная разрушится (киямет), все умершие предстанут перед Аллахом для суда. Суд Аллаха — высший и справедливый, во время которого он накажет грешников и даст вечное блаженство праведникам.

В исламе существуют свои заупокойные молитвы, которые могут читаться в молельной комнате, мечети или в доме умершего. Считается, что сам пророк Мухаммед читал заупокойную молитву за Сухейля ибн Байда. Джаназа-намаз имеет такие же условия, как и другие молитвы. Это прикрытие срамных мест (аурат), направление в сторону киблы, чистота одежды, тела и места совершения молитвы от нечистот (наджаса).

Мы видим, что ислам тоже переосмыслил идеи посмертного существования, взятые из иудаизма и христианства, при этом предложив свои идеи осмысления и принятия смерти.

Natitas Боливии

Также стоит уделить внимание анимистическим верованиям (язычество, шаманизм); которым чаще свойственно представление о цикличности времени [п. 6]. В данной работе эти верования применительно к вопросу смерти, посмертного существования и почитания умерших мы рассмотрим на примере жителей Боливии. Верования жителей Боливии синкретичны — они включают в себя элементы христианства и язычества. Мы остановимся на некоторых аспектах языческой составляющей данных верований.

Коренное население Боливии каждый год 1 ноября отмечает День Черепов, или день мёртвых.

Данный культ восходит к языческим и шаманским верованиям. В домах жителей Боливии находятся человеческие черепа, которые, как считается, несут в себе особый дух — Натиту. Боливийцы верят, что такой череп может помочь им в различных начинаниях, — например, такие черепа иногда приносят в больницы, показывают пациентам, и те довольно часто идут на поправку. Также их могут использовать в следственном процессе: когда череп стоит на виду, количество признаний от преступников увеличивается.

«Натита — это не просто череп, а сочетание черепа и духа, который использует череп как locus и предоставляет различные виды сверхъестественной помощи для своих благодетелей. Натита — это близкий друг или член семьи. Многие черепа передаются из поколения в поколение. Часто можно найти людей, которые сообщают, что их натита была с их семьёй в течение многих десятилетий.

В городе с ярко выраженным социальным неравенством натитас — своего рода объединяющий фактор, так как вера в его силы распространяется на все слои общества: и на необразованных бедных, и на представителей элиты. Анна Гусман, медсестра, вспоминает, что несколько лет назад её старший коллега имел натиту, будучи уверенным в её лечебных свойствах. “В критических ситуациях, когда лечение было неэффективно, натиту привозили в больницу, и мы просили её оказать больному помощь. Часто люди, на которых уже ставили крест, шли на поправку”. В конце концов, директор больницы приказал убрать череп из здания. Но многие врачи до сих пор в тайне приносят черепа себе в помощь, так как убедились в их способностях» [п. 9].

Подводя итоги, можно сказать, что понимание проблемы смерти является одним из ключевых философских вопросов для каждого человека и зависит не только от религии, но и от культуры каждого народа.

Мы видим, что в мире существуют самые различные верования, связанные со смертью, а также обряды, которые сильно отличаются друг от друга. Тем не менее, все они направлены на преодоление страха смерти и умирания и снижение посттравматического стрессового синдрома у родных и близких умершего — с позиций психологии. С позиций магии, наличие мира мёртвых открывает магу доступ к большому количеству практик, нашедших распространение в самых разных культах. Однако эти практики чаще всего даровались посвящённым наиболее высоких степеней, ибо здесь слова «в непонятных знаках всякий может сбиться» приобретают особое значение.

Знание особенностей верований и магических практик, связанных со смертью, и уважение к особенностям восприятия смерти у представителей разных народов и религий поможет нам жить в мире, повышать свой уровень культуры и оказывать адекватную психологическую помощь людям, столкнувшимся с проблемой умирания и смерти.

Список использованных источников

  1. Пушкарёв Л. Н. Что такое менталитет? // Отечественная история. — 1995, № 3.
  2. Шаверен Дж. Умирающий пациент в психотерапии / Шаверен Дж. — М.: Когито-Центр, 2005. — 317 с.
  3. Согьял Р. Тибетская книга жизни и смерти / Cогьял Р., Гаффни П., Харви Э. — М.: Самадхи, 2015. — 703 с.
  4. Гроф С. Психология будущего. Уроки современных исследований сознания; Юнг К. Г. Психологический комментарий к «Тибетской Книге Мёртвых»
  5. Кубатьян Г. Тибетский лес мёртвых
  6. Кузнецова Ж. В. Особенности ментальности южных алтайцев / Кузнецова Ж. В. // Регионология, 2012. №3. — С. 169-177.
  7. Шмеман А. Литургия смерти и современная культура / Шмеман А. // М.: Гранат, 2013. — 175 с.
  8. Несенюк Ирина. Святых переодевают с радостью и страхом. — Газета «Новая»
  9. Paul Koudounaris. Связь живых и мёртвых: поклонение черепу в Боливии
  10. Из передачи «Наука о душе» / Выпуск №3.
  11. Пропп В. Исторические корни волшебной сказки / Пропп В. // М.: Лабиринт, 2009. — 336 с.

Лебедев М. А, Кузнецова Ж. В. (кандидат психологических наук)
2018г.

_____

[1] Имеется в виду психологическое консультирование умирающих и их близких. Также в психотерапии существует танатотерапия — «терапия смертью», когда клиента приводят к осознанию своей смертности через различные психотехники (по аналогии с духовными практиками-инициациями). Здесь можно вспомнить слова российского танатотерапевта Владимира Баскакова: «Изучение и практика искусства [символического] умирания ведёт к увеличению жизненности» (Из передачи «Наука о душе») [п. 10].

[2] Например: «…столкновение со смертью в ходе лечения обладает важными исцеляющими, преображающими и эволюционными возможностями… Исследование холотропных состояний привнесло множество волнующих озарений по различным вопросам, связанным со смертью и умиранием, таким как феноменология околосмертных переживаний, страх смерти и его роль в человеческой жизни, жизнь человека после смерти и перевоплощение. Все эти догадки и выводы обладают огромной значимостью не только для научных дисциплин, но также и для всех нас как индивидов. Ведь трудно даже представить себе вещи, которые бы более затрагивали и всех нас вместе, и каждого индивида в отдельности, нежели смерть и умирание» («Психология Будущего», С. Гроф — основоположенник трансперсональной психологии и психотерапии) [п. 4].

[3] Здесь можем порекомендовать ознакомиться с трудом Владимира Проппа «Исторические корни волшебной сказки». Читатель, например, узнает, что тридевятое царство или тридесятое королевство (или волшебная страна) на самом деле ни что иное, как царство мёртвых, и процедуры радикального преображения личности в ходе её духовного путешествия (одна из тем не только народных сказок и мифов, но также и аналитической психологии К. Г. Юнга) требуют участия смерти, мертвецов, психопомпов.

* Здесь и далее: обозначения вида [п. N] относятся к списку источников, обозначения вида [N] — к сноскам в конце текста.