Оставим ненадолго в стороне прикладной (магический) и исследовательский аспекты Некромантии и рассмотрим данное течение как путь собственного развития практикующего (религиозно-мистический аспект), а также оценим его эффективность с этой позиции.

Многие сохранившиеся документальные сведения о некромантических операциях относятся к периоду поздней античности и эллинизма[1]. Древнегреческая культура обладала детализированными описаниями загробного мира и посмертного существования человека, поэтому для прояснения некоторых аспектов греческой мысли в отношении Смерти имеет смысл ознакомиться с позднеантичной философией.

Первое, что бросается в глаза исследователю, приступившему к изучению эллинистической[2] философии, это доминирующая идея свободы, присутствующая во всех основных её направлениях. В частности, стоики[3] утверждали, что основная цель существования человеческого существа – обретение свободы. Средством обретения свободы они считали обожение, богоуподобление. Добивались греческие философы богоподобия путём Познания в самом широком смысле этого слова. Философия считалась божественной наукой, да и сам Бог именовался Логосом[4] и отождествлялся с вечным (т.е. бессмертным – важно по последующему контексту) всеведающим разумом. Таким образом, философ, путём познания, путём развития своего ума, возвышался до уровня Бога и становился им, обретая при этом абсолютную свободу[5]. Невежество при этом считалось наиболее худшим качеством человека, уподобляющим его «скотине».

Данная идея оказала громадное влияние на многие оккультные и религиозные учения. Однако если копнуть глубже, заглянув в саму суть человеческого существа, то становится понятно, что она не может являться собственностью греческих философов. Идея свободы, а в высшем проявлении -  свободы от собственной смертности, т.е. идея бессмертия, не даёт покоя человеку с тех пор, как только он смог осознать себя как индивидуальность: сознательно или, гораздо чаще, бессознательно. Именно к этому пришёл в итоге всей своей научной деятельности З. Фрейд, соглашаясь с концепцией психических противопар Эрос (стремление к удовольствию, стремление к жизни) – Танатос (стремление к саморазрушению, потребность в личностной трагедии и деградации, и в то же время страх Смерти – наличествующая амбивалентность чувств)[6]. В одной из своих книг[7] он так же рассматривает стремление некоторых членов первобытных племён, детей и неврастеников концентрироваться на какой-либо идее (например, на идее обретения какой-либо вещи) с убеждённостью в том, что данная концентрация сама по себе является достаточной для её (идеи) реализации. Фрейд назвал эту особенность человеческой археопсихики «убеждённостью во всемогуществе мысли», что, в своей основе, и является центральным ядром любой магической системы. Налицо сходство с греческой концепцией божественности и бессмертия ума.

К. Г. Юнг на основании многолетней психоаналитической практики сделал вывод о том, что многовековое табу большинства человеческих культур на тему Смерти привело к активному вытеснению содержаний сознательной части психики в часть бессознательной психики, откуда данные содержания производят собственные, столь же бессознательные и зачастую деструктивные, манипуляции[8]. К одним из таких манипуляций следует отнести бессознательный страх Смерти.

Следует понимать, что страх Смерти (сознательный или нет) свойственен человеческой природе и он, в той или иной степени, руководит действиями подавляющего числа людей. Пока существует самоосознание собственной личности и индивидуальности – существует боязнь утраты этой индивидуальности, боязнь утраты собственной «человеческой формы». Разумеется, находиться под постоянным давлением психики, в состоянии перманентного страха, человеческое существо долго не может: сама человеческая психика стремится к спокойствию и здоровому состоянию. Вследствие данного инстинктивного стремления появляется бессознательное вытеснение вредных и беспокоящих человека содержаний сознания, а именно – подавляются паттерны, связанные с идеей собственной Смерти.

Данный момент хорошо отражён практически во всех мировых культурах и, особенно, в мировых религиях. Например, в иудаизме существует запрет на прикосновение к мёртвым[9], такой же запрет действовал для первосвященников Рима, а также для некоторых категорий прорицателей Греции[10].

Все мировые религии отрицают Смерть. Их апологеты, поддаваясь страху утраты собственной формы, тем не менее, стремятся  к обожествлению[11]. Стремление к обожествлению есть стремление к власти[12], власть же необходима для достижения спокойствия и уверенности в собственном будущем. Видно, что стремление к познанию и слиянию с Богом в своей сущности есть следствие бессознательного страха Смерти, т.к. в той или иной степени обещает бессмертие. В таком ключе любое стремление человека, за исключением стремлений к удовольствию (Эрос) и самоуничтожению (Танатос), есть замаскированное стремление человека к обретению власти над Смертью, к достижению бессмертия и сохранению собственной индивидуальности. Стремление к обретению силы (физической, умственной, психологической, магической и т.д.), накоплению материальных средств, знаменитости, власти – всё это в той или иной мере есть проявления страха Смерти и попытки противостоять факту собственной смертности.

Таким образом, основываясь на историческом, культурном и психоаналитическом материале логически производим вывод о том, что Некромантия является, в т.ч., путём развития человека, направленным на самопостижение и последующее обретение контроля над собственным существом для более эффективного существования в мире, путём прямого и сознательного взаимодействия со Смертью и её проявлениями, а не опосредованной (работа через отрицание и уход) и бессознательной деятельности, как в указанных выше религиозных учениях. Эта сознательность и принятие проявлений Смерти как неотъемлемых проявлений Бытия является важной и, во многом, уникальной чертой Некромантии. По указанной причине эффективность Некромантии как практической системы саморазвития гораздо выше, чем эффективность большинства «ортодоксальных» мистических течений[13], поскольку работа здесь ведётся непосредственно с причиной (неминуемая гибель физического тела) при одновременном избавлении от вредных последствий этой причины (страх Смерти и порождённые этим страхом стремления).

Некромантия в одном из своих проявлений может рассматриваться как путь обретения Свободы, но не через достижение бессмертия с последующим психологическим расслаблением, а через осознание, принятие и избавление от страха собственной Смерти, т.е. через непосредственное достижение психологической неуязвимости. Необходимо подчеркнуть, что здесь «бегство от Смерти» при помощи познания возможно превратить в движение «со Смертью». Из «пугала» сознательного или бессознательного она превращается в инструмент, позволяющий сознательно и с расчётом использовать тот ресурс, который раньше тратился на бегство от неё или на затыкание «дыр» в своей психике. Психологическая неуязвимость даёт оператору возможность Действовать, а не реагировать, поскольку человек, контролирующий страх Смерти, контролирует страх вообще, контролирует то, что мешает быть свободным. Говоря иными словами, оператор обретает Волю (внешнюю и внутреннюю). С небольшой натяжкой можно сказать, что оператор разрывает «кармический круг», пока что лишь психологически, поскольку, перестав реагировать в соответствии со старыми моделями себя, он «разорвал» причинно-следственную протяжённость и теперь более свободен в Действиях. И только здесь становится возможной Магия[14].

Kristof.
Апрель 2016г. для I ч. альманаха «Necromancer«.

 


[1] Кысь (А.Н.). Занимательная Некромантия для самых маленьких. М.: Стигмарион, 2014.

[2] Эллинизм — период в истории Средиземноморья, длившийся со времени смерти Александра Македонского (323 до н. э.) до окончательного установления римского господства на этих территориях (30 до н. э.) – по Иоганну Густаву Дройзену, «История эллинизма». Принято считать, что период эллинистической философии завершается в III веке н.э., когда Плотин создаёт первую неоплатоническую школу.

[3] Стоицизм — философская школа, возникшая в Афинах около 300 г. до н. э. во времена раннего эллинизма

[4] Логос (от греч. λоγος — «слово», «мысль») — термин древнегреческой философии, означающий одновременно «слово» (высказывание, речь) и «мысль» (суждение, смысл). В последующем трактовка данного термина многократно изменялась.

[5] Зачастую, богом в буквальном смысле, с культом вокруг гробницы и поклонением. См. напр. Кулаковский Ю. А. Смерть и бессмертие в представлениях древних греков. Киев, 1899г.

[6] З.Фрейд. Тотем и табу. СПб.: Азбука-классика, 2005

[7] Ibid.

[8] Юнг К.Г. Психология бессознательного. М.: Канон+, 2014.

[9] «Всякий, кто прикоснется к ним мёртвым, нечист будет до вечера», Лв.11-30;

«И всё, на что упадет которое-нибудь из них мёртвое, всякий деревянный сосуд, или одежда, или кожа, или мешок, и всякая вещь, которая употребляется на дело, будут нечисты: в воду должно положить их, и нечисты будут до вечера, потом будут чисты;» — Лв.11-32;

«Всё, на что упадет что-нибудь от трупа их, нечисто будет: печь и очаг должно разломать, они нечисты; и они должны быть нечисты для вас» — Лв.11-35;

«Только источник и колодезь, вмещающий воду, остаются чистыми; а кто прикоснётся к трупу их, тот нечист» — Лв.11-36;

«И когда умрёт какой-либо скот, который употребляется вами в пищу, то прикоснувшийся к трупу его нечист будет до вечера» — Лв.11-39;

«И тот, кто будет есть мертвечину его, должен омыть одежды свои и нечист будет до вечера; и тот, кто понесёт труп его, должен омыть одежды свои и нечист будет до вечера.» — Лв.11-40. И т.д.

[10] См. напр. «Первосвященник». Опыт словаря гаданий и прорицалищ, священных праздников и жертвоприношений, существовавших у древних греков и римлян. СПб, 1830г.

[11] Недаром в каждой из великих религий имеются эзотерические направления. См. Христианский мистицизм, Суфизм (мистическое течение ислама), Каббала и Хасидизм (мистические течения иудаизма).

[12] Юнг К.Г. Психология бессознательного. М.: Канон+, 2014.

[13] Такие течения зачастую склонны прятать свой страх ещё глубже, отрицая смерть впринципе. Хорошим примером может служить «Агни-йога» Рерихов: «смерть для нас не более, чем стрижка волос». Это направление своими спекуляциями о живых мертвецах и умерших живых рождает у последователей ложное убеждение в бессмертии с отрицанием множества очевидных и неминуемых процессов.

[14] Понятие Магия я употребляю здесь в понимании Серкина В., приведённом в его книге «Хохот шамана». Он пишет: «Пусть имеется человек Ч1, находящийся в культурной среде К1, знающий способы действия Д1…Д5 и соответствующие продукты этих способов действий П1,…, П5. Допустим, имеется человек Ч2, включённый в культурную среду К2, знающий на один способ действия больше Д1,…, Д5, Д6 и, соответственно, на один продукт больше – П1…П5, П6. Для человека Ч1, не знакомого с культурной средой второго человека Ч2, действием Д6 и продуктом П6, продукт П6 будет неизвестным (трансцендентным – т.е. отсутствующим в описании мира человека Ч1), т.е. магическим, а действие Д6, сама практика – магической, или просто Магией. Таким образом Серкин показывает, что Магия – естественна миру, и противоестественна лишь уму и укоренившемся в нём моделям мира, противоестественна мнению ума о мире. Я допускаю эту идею с той поправкой, что продукт П6 не обязательно должен являться трансцендентным человеку Ч1, но так же может быть и вполне обыденным, такие как материальные средства, подходящий партнёр, те или иные условия жизни, достижения и пр. Продукт П6, тем самым, остаётся трансцендентным, но «магические» действия Д6, Д7,…, ДN могут быть использованы как для получения «обыденных» продуктов П1,…, П5, так и для продуктов «магических» П6, П7,…, ПN.