Первый шаг на этом пути – осознание того, что все преходяще. Все знают это, но отдать себе в этом отчет и действительно принять сложно, поскольку слишком много дел поглощает наше внимание. Мои попытки выследить первый проблеск этого состояния привели к тому, что я вспомнил одно переживание из раннего детства:

Было мне тогда 5 лет, накануне дня рождения, когда должно было исполниться 6. Я сидел на диване, а бабушка стирала пыль со стола. Вдруг что-то накатило на меня, какая-то волна, и я понял, что бабушка умрет. И мама. Все. Я ощутил смерть всем своим существом, почувствовал ее в каждой клетке тела и во всем окружающем мире. Мир исчез, осталась одна пустота. Ничто. Тогда я заплакал. Бабушка забеспокоилась:

- Ты чего плачешь? – напуганно спросила она

- Потому что мы все умрем! – сквозь слезы проговорил я и продолжил рыдать.

- Ну, ну, не плачь… Еще поживем немного… — пыталась она меня успокоить.

Потом все так же быстро прошло, как и появилось, безо всякой на то видимой причины. И я об этом забыл на некоторое время. Вообще, дети знают многое, может быть в некоторых вопросах они даже компетентнее взрослых. Еще один ключ к вхождению в состояния смерти – это взгляд глазами ребенка, который только начал жить, но понял, что обречен, как и все его близкие. При этом еще нет тех штампов и схем мышления, которые мы успешно приобретаем в процессе обучения и адаптации в обществе. Время учиться, и время разрушать принятые установки, чтобы вернуться к Духу.

Когда мы обладаем подобным знанием, наши побуждения коренным образом пересматриваются. Появляется некая обреченность: что бы ты ни делал, каких бы успехов не достиг, все равно исход один. Таким образом, сделавшего первый шаг в стихию смерти можно назвать “обреченным”.

Первое, что хочется предпринять – покинуть это состояние, погрузиться в поток повседневных дел и очень важных целей. Как правило, так и поступают люди. Но потом смерть напоминает о себе не раз. И в конце концов приходит, чтобы увести с собой.

На этом этапе человек может стать приверженцем какого-нибудь учения о тщете всего сущего. Или просто жертвой приступов печали и меланхолии. Мир теряет смысл.

Но если не потакать себе в собственном страхе и печали, повернуться лицом к смерти и пойти навстречу ей, тогда можно сделать следующий шаг. И во тьме и обреченности, человек начинает смутно чувствовать цель. Это состояние можно описать так, как было у меня во сне:

Я шел по просторным залам старинного замка, вокруг было много народу, причем из разных эпох. Тут рыцари соседствовали с людьми в современных костюмах. Они что-то праздновали, и подзывали меня. Но мне это так наскучило, как будто эта вечеринка длится уже целую вечность. Я вышел в очередную комнату, где были книги. Мой взгляд вдруг притянула одна из них в кожаном переплете. Что-то было в ней странное. Когда я к ней присмотрелся, все исчезло, и я остался один на один с этой книгой в абсолютной пустоте. Все остальные картинки исчезли. Я внимательно вглядывался в рисунок на обложке. Он ожил. Там была изображена рука, держащая голову.

На заднем плане просматривалась унылая равнина под небом, скрытым серыми облаками. Вся картинка была отнюдь не 2-мерной, а объемной и живой: облака двигались, где-то в глубине равнины мелькали какие-то силуэты. Вверху написано название: “Книга смерти”. Я протянул руку и хотел взять книгу, но не смог. Она как будто была окружена упругим полем, и моя рука ушла вбок. А потом что-то вытеснило из моего сознания желание взять эту книгу, и я так и не смог прочитать ее.

Все может выглядеть иначе, но суть одна: после второго шага человек начинает чувствовать некое знание о Замысле, которому следует все живое и умирает. Становится понятно, что этот закон – не зло, а неотъемлемая часть эволюции. Без смерти не было бы развития – вот главное знание, которое воспринимается после второго шага.

И если человек находит в себе силы принять это, то становится слугой Замысла, или орудием в руках Провидения, что, по сути, одно и то же. Он начинает видеть, что мешает реализации Замысла, а что нет. Он все еще пленник этого мира, но уже почувствовал, что цель эволюции за пределами пространства и времени, и начинает реализовывать это смутное ощущение в своих действиях и словах. Работа такого человека обостряет все противоречия в той группе, где он появился, и ускоряет их разрешение, что выглядит зачастую как жестокость и бесчеловечность. Но безжалостность – это на самом деле гуманность, поскольку своей жалостью мы фиксируем окружающих в их состоянии. Когда мы жалеем кого-то, мы сильнее запихиваем его в позицию несчастного и неполноценного существа.

Подлинная безжалостность – это одна из добродетелей, которая выдергивает за шкирку из надуманных проблем. И действия того, кто сделал второй шаг в смерть, будут не слабыми, поскольку попадают в резонанс с Замыслом, и личная сила человека течет в соответствии с волей Бога.

Это может быть чиновник, поэт, убийца или мистик, но всегда в его действиях будет скрыто присутствовать дыхание гибели, которое разрушает все лишнее и ненужное, выводя за пределы обыденности и напоминая о неотвратимом исходе. Но теперь это не печаль обреченного. Это работа вестника и слуги.

Но если человек, направляет свое внимание исключительно наружу, станет рабом преходящих целей, то дальше он не продвинется, и так и окончит жизнь, не осознав подлинной сущности Намерения, что движет всем. Ведь единственный мостик к этому пониманию – в нем самом, а если заниматься только тем, что вышибать окружающих из их привычных позиций, то невозможно шагнуть дальше в смерть. К тому, что есть подлинный дух и истинное “я”. Книга смерти так и остается непрочитанной.

Однако, если мнимое знание и ощущение правильности не ослепляют человека, и он продолжает совершенствоваться, понимая, что сила в его руках на самом деле ему не принадлежит, тогда он делает следующий шаг. Книга смерти раскрывается, и пустота, которую он ощущал, становится излучающей.

На этом этапе являет себя сама стихия смерти. Теперь ищущий приходит к пониманию принципов работы некромантических артефактов, может управлять самой силой, которую раньше лишь смутно ощущал и которой следовал. Слуга Замысла становится Стражем Ворот, с этого момента начинается истинно магическая работа со стихией смерти. Страж Ворот может изменить равновесие стихий только усилием воли.

Могущество вещь обоюдоострая, и неправильное его применение после третьего шага может нанести серьезный вред незадачливому колдуну. А именно, его жизненная сила может иссякнуть гораздо раньше срока. Или организм может сильно пострадать.

Человек теперь — центр вихря, края которого режут пространство как лезвия, жизнь вокруг него затухает, и начинает проявляться нечто иное. Мир в радиусе личной силы Стража Ворот становится другим, тогда как глаз бури – это всегда затишье. Если спокойствие теряется, тогда смерть начинает корежить тело мага.

Это пограничное состояние. Ищущий уже одной ногой шагнул в миры смерти, а другой стоит в нашем мире. Однако, с мертвыми общение пока затруднительно, они лишь время от времени появляются как тени. Можно на них настраиваться, но на данном этапе это требует немалых усилий и не всегда получается.

Теперь контроль становится важным, как никогда. Если спокойствие сохраняется, то колесо смерти не нанесет вреда, а лишь ускорит развитие как самого мага, так и окружающих.

Для мага эффект такой: нижние энергии поднимаются вверх, контролируются и преобразуются, раскручивая вихрь. Вихрь излучающей пустоты, расширяясь и ускоряясь, размывает привычные границы восприятия, активизируется подсознание, разрушаются принятые ранее социальные установки и ненужные качества. Проявляется память о прошлых жизнях, осознаются нежелательные кармические узлы и связи слабеют. Высвобождается все больше энергии.

Вокруг мага возникает разряженное пространство, в котором гибнут все лярвы грубого астрала. Любой, кто провзаимодействует со Стражем Ворот, становится свободнее от излишеств, поскольку ненужные нагромождения грубых мыслеформ, которые время от времени встречаются в ауре людей, разрушаются при взаимодействии с краями вихря, или колеса смерти. Погибает все, что сдерживает эволюцию, но сама основа существования остается неприкосновенной.

Если же Страж Ворот теряет самообладание и контроль, тогда он рискует так и не войти в ворота смерти осознанно. Если внимание фиксируется на слишком человеческих целях, то он не будет в гармонии с миром, и не сможет двигаться дальше. Если его наполнит презрение к человеческому роду, который погряз в созданных им же проблемах, тогда Страж Ворот забывает о пути, которым шел.

Если же глаз бури не замутнен и спокоен, достигается внутреннее единство, тогда Страж Ворот делает следующий шаг, и вихрь выносит его на новый уровень, в миры смерти. И он становится Некромантом. Отныне общение с мертвыми доступно ему почти всегда. Ему открываются бескрайние миры смерти и другие области, в которые он может входить и возвращаться в мир живых оттуда, унося с собой знание. Но этот этап пока недоступен мне, хотя мельком иногда я там, что называется, пролетал. И еще, только на уровне ума я смутно отметил, что есть дальше. Там уже прослеживается некое особое единение с самой движущей силой, имя которой – смерть, дающее подлинное освобождение. Эта сила освобождает не только сознание человека, но и растений, животных и минералов. В таком случае это уже не скелет с косой, а нечто иное. Единый символ и слово для этого мне пока недоступны.

Западный Шаман